Маковский Владимир Егорович (1846-1920) «Свекор» 1888

Картина Владимира Егоровича «Свекор» мало что скажет современному человеку. Люлька; кудель, висящая для просушки, отдаленно напоминающая женщину в погребальной рубахе; коромысло в руках...

Между тем здесь отражен дикий обычай, практиковавшийся повсеместно в русских деревнях - снохачество - когда мужчина — глава большой крестьянской семьи (живущей в одной избе) состоит в половой связи с младшими женщинами семьи, обычно с женой своего взрослого сына! Не то чтобы подобное поведение приветствовалось — но и не осуждалось. А вот сына, вздумай тот проявлять недовольство, люди, мягко говоря, не поняли бы.

В русской литературе встречаются упоминания о снохачестве: Иван Шмелев «История любовная»:

«Из окна я видел «молодую» и знал, что в пастуховом доме грех - пастух сына бьет, а сам со снохой живет... «Грех у них… Костюшку на богомолье отпустили после Пасхи, в Воронеж. Одни остались… „Грех“ у них теперь…»

У пастуха в окошках горели лампы и, видно было, ходили люди. На мостовой толпились. Гришка кричал с дороги, сияя бляхой:
– Враз, обеих!… – хлопнул он себя в голову. – Колуном. Так рядком и лежат в кровати, как уснумши!…
– Господи!… – перекрестилась тетка.
– Кого же убили, тетя?… – дернул я ее за руку. Желтое ее лицо позеленело, она на меня ощерилась:
– Ну, убили!… Пастуха убили…
– И «молодую»… – сказала сестра, прочитавшая все романы. – Убил Костюшка…
– И молодую?! – в ужасе вскрикнул я. – Костюшка?!
– Я так и знала, что должна быть драма, трагедия… – говорила с собою сестра. – И все отлично знали, что старик с «молодой» живет… Какой ужас!»



Маковский Владимир Егорович (1846-1920) «Свекор» 1888


М. Горький «На плотах»
«— Ишь отец-то у тебя, как обнимат Марьку-то! Ну и дьяволы же! Ни стыда, ни совести! И чего ты, Митрий, не уйдешь куда от них, чертей поганых?.. а? Слышь, что ли?
— Слышу! — вполголоса говорит Митрий, не глядя туда, где Сергей, сквозь тьму, видит его отца.
— Слышу-у! Эх ты, тюря! — дразнится Сергей и хохочет. — Дела! — продолжает он, подзадориваемый апатией Митрия. — Ну и старик — черт! Женил сына, отбил сноху и — прав! Старый галман! Как же это, брат ты мой, а?
— Чего? — отзывается Митрий недовольно.
— Женился-то?! Смехи! Как это было-то? Ну, пошли вы, значит, с женой спать? Ну, как же?!
— Эй, вы, там! По-оглядыва-ай! — угрожающе пронеслось над рекой.
— Ишь ревет, снохач анафемский! — с восхищением отмечает Сергей и снова возвращается к своей теме. — Ну, скажи, что ли? Мить! Скажи, чай! А?
— Отстань, Серега! — говорил ведь! — просительно шепчет Митрий; но, должно быть, зная, что от Сергея не отвяжешься, торопливо начинает: — Ну, пришли мы спать. Я и говорю ей: «Не могу я мужевать с тобой, Марья. Ты девка здоровая, я человек больной, хилый. И совсем я жениться не желал, а батюшка, мол, силком меня — женись, говорит, да и все! Я, мол, вашу сестру не люблю, а тебя больше всех. Бойка больно... Да и ничего я этого не могу... понимаешь... Пакость одна да грех... Дети тоже... За них ответ богу дать надо...»

— Эй, вы! Деймоны сонные! Гляди в оба! — раскатисто загремело и поплыло по реке.

По силе звука чувствовалось, что кричит человек здоровый, энергичный, довольный собой, человек с большой и ясно сознанной им жизнеспособностью.

— Ишь как тявкнул, старый черт! — с удовольствием отметил Сергей, зорко глядя вперед. — Милуются, голубки! Завидно не быват, Митька?
Митрий равнодушно посмотрел туда, к передним веслам, где две человеческие фигуры перебегали по плотам справа налево и, останавливаясь близко друг к другу, иногда сливались в одну плотную, темную массу.
— Не завидно? — повторил Сергей.
— Что мне? Их грех — их ответ, — тихо сказал Митя...»
Ага. Значит всё всем понятно. Только я, дура, не знамо зачем ползаю, какие-то источники ищу, чтобы ссылку оставить, слова подбираю, тексты начитываю.
Приняла к сведению.
Я не про то:)))
Тексты сами по себе замечательные и пояснения твои.
То есть мы теперь понимаем, что на картине изображён не единичный случай, а характерное явление.
Кстати, вспомнила и Тихий Дон, там тоже такое было, пока муж на войне или даже погиб (точно сейчас не скажу)
патриархальная традиция вообще чревата произволом отца семейства, а уж как это произвол осуществится, зависит от темперамента и фантазий "патриарха"
на самом деле, снохачество,а также похожие сюжеты про сожительство с собственными и принятыми в семью детьми (чаще -дочерьми) и другие причуды - это отражение именно социального устройства семьи и не носит национального характера.
В конце 20 века я, по роду службы, работал в индейской резервации, где отец семейства зачастую единственный добытчик средств к существованию, и я насмотрелся центально-американских диких сюжетов "про это".
Доброе утро...

А картина страшная прямо.Очень выразительная...
Как в песне:
Только б мне попеть, только потанцевать,
Мужа дома нет, некому ревновать.
Свёкор батюшка, пусти погулять!
- Я гулять пущу, всю шкуру спущу.
Доброе утро! :) А мне анекдот в тему вспомнился:

«Ночь. Во дворе висят два гамака. В одном - свекор, в другом - его молодая сноха. Жарко. Темнота, хоть глаз коли. Вдруг неподалеку громко ухает сова.

Сноха (боязливо): «Свекор, а свекор?»

Свекор (сонно): «Ну, чего тебе?»

«О чем это она кричит?»

Свекор (задумчиво) «Ну, это она говорит, чтобы ты свой гамак поближе ко мне перевесила.»

Сноха (перевязывая гамак) «Вот так?»

Сова опять ухает. Свекор (оживленно) «Слышишь? Говорит, еще ближе!»

Сноха покорно перевешивает гамак вплотную к свекру. Сова ухает. Сноха (вздрогнув) «Свекор, а свекор? А сейчас она чего кричит?»

Свекор (с плохо скрываемым вожделением) «А это она говорит, чтобы ты перелезла ко мне в гамак.»

Сноха перелезает...
Итак, удовлетворенный свекор уже совсем было собрался заснуть, как вдруг сова ухает снова.

Сноха (совершенно сбитая с толку) «Свекор, а свекор! Ну теперь-то чего ей надо?!»

Свекор (сладко зевая) «А кто ее знает, дочка. Я ведь по совиному-то не понимаю...»
Смешно...))))
Вообще ,когда жили по три семьи в одном доме,да приживалки и приживалы.
Много было наверное реальных пограничных ситуаций...
у Горького много такого и у Островского...
Всё времени нет перечитать.А начнешь,не оторваться..
Русская баба - великая страдалица.
Так только благодаря ей и жива еще Россия...

“Вот стою я перед вами, простая русская баба, мужем битая, попами пуганая, врагами стреляная, живучая.“
Ага, она самая, бита, клята, но стоит. И если не бьют её, то е*ут, кому не лень. А если не е*ут, то бьют, как водится... Excuse z-moi!
Чтобы помнить своё бабье место? :)
Неудачно вышло,простите...
Пардон-с,спорол-с.)))Ну мужики - они же тупые...
Последнее утверждение мне нравится :))
Ну мне не так уж.но куда от правды то деться...:)))
Re: Последнее утверждение мне нравится :))
«Правда хорошо, а счастье лучше», так что будем считать, что ничего не было :)
Жутко.... А я, честно, не знала сий факт. Русские избы, как и английские замки хранят много тайн... Спасибо за рассказы и, конечно, за картину.
Недавно прочитал, что "старику" Ивану Сусанину было...32 года!)Приведенные примеры не подтверждают, что поведение старых козлов не осуждалось. Особенно первый)
Что касается "страдалиц",: баба не захочет-кобель не вскочит, баба пьяна-вся дурна.
Шмелёв писал «Историю любовную» в 1927 году, захватив лишь отголоски.
Про страдалиц, я так понимаю, «femina in vino non kurator vagina» имеется ввиду? Ну тут мы с Вами не о чем не договоримся, мой милый друг :)))

А как Вы себе представляете сей отказ «большаку», или «патриарху», как обозвали выше. Она бесправна, на самой низшей ступени иерархии, ею манипулируют почти все члены семьи, живёт на чужой территории, да и муж - не защитник - сам под пятой...

Хороша роль молодайки Андрей Смирнов в «Жила-была баба...» показал. Так что, с высоты нашего времени всё кажется легко :)
Не так чтобы уж совсем повсеместно. В староверских деревнях Витебской губернии снохача запросто могли изгнать из общины .
Nulla regula sine exceptione, sed exceptio поп imperdit regulam
Нет правила без исключения, но исключение правилу не мешает. Сенека :))
Да, жутковато...
На эту тему есть замечательный фильм Май, поставленный Ф.Брабецем по поэме К.Маха- т.е. это явление было многонациональным.